<?xml version="1.0" encoding="utf-8"?>
<FictionBook xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0">
  <description>
    <title-info>
      <genre>sf</genre>
      <author>
        <first-name>Айзек</first-name>
        <last-name>Азимов</last-name>
      </author>
      <book-title>Чувство силы ["Осознанное могущество", «Сколько будет 9 х 7»]</book-title>
      <annotation>
        <p>Председатели комитетов конгресса выслушали на заседании сообщение об удивительном открытии — возможности вычислять без счётных машин с помощью графитики, и решили строить звездолёт нового типа…</p>
      </annotation>
      <coverpage>
        <image l:href="#cover.jpg" />
      </coverpage>
      <lang>ru</lang>
      <src-lang>en</src-lang>
    </title-info>
    <document-info>
      <author>
        <first-name>MCat78</first-name>
        <last-name />
        <nickname>MCat78</nickname>
        <email>MCat78@mail.ru</email>
      </author>
      <program-used>FB Tools</program-used>
      <date value="2006-12-04">2006-12-04</date>
      <id>FBDC4307-624B-49E3-BD4A-6665AC931BD9</id>
      <version>1.11</version>
      <history>
        <p>v 1.02 — создание fb2 — (MCat78)</p>
        <p>v 1.1 — дополнительное форматирование — (Faiber)</p>
      </history>
    </document-info>
    <custom-info info-type="src-author-first-name">Isaak</custom-info>
    <custom-info info-type="src-author-last-name">Asimov</custom-info>
    <custom-info info-type="src-book-title">The Feeling of Power</custom-info>
    <custom-info info-type="pre-librusec-origin">From collection Aldebaran36163</custom-info>
    <custom-info info-type="fb2fix-status">Passed</custom-info>
  </description>
<body><title><p>Айзек Азимов</p>
<p>Чувство силы</p>
</title>
<section><title><p>* * *</p>
</title>
<p>Джехан Шуман привык иметь дело с высокопоставленными людьми, руководящими раздираемой распрями планетой. Он был штатским, но составлял программы для автоматических счётных машин самого высшего порядка. Поэтому генералы прислушивались к нему. Председатели комитетов конгресса — тоже.</p>
<p>Сейчас в отдельном зале Нового Пентагона было по одному представителю тех и других. Генерал Уэйдер был тёмен от космического загара, и его маленький ротик сжимался кружочком. У конгрессмена Бранта было гладко выбритое лицо и светлые глаза. Он курил денебианский табак с видом человека, патриотизм которого достаточно известен, чтобы он мог позволить себе такую вольность.</p>
<p>Высокий, изящный Шуман, программист Первого класса, глядел на них без страха.</p>
<p>— Джентльмены, — произнёс он, — это Майрон Луб.</p>
<p>— Человек с необычайными способностями, открытый вами случайно, — безмятежно сказал Брант. — Помню.</p>
<p>Он разглядывал маленького, лысого человечка с выражением снисходительного любопытства.</p>
<p>Человечек беспокойно шевелил пальцами и то и дело переплетал их. Ему никогда ещё не приходилось сталкиваться со столь великими людьми. Он был всего лишь пожилым техником низшего разряда; когда-то он провалился на всех экзаменах, призванных обнаружить в человечестве наиболее одарённых, и с тех пор застрял в колее неквалифицированной работы. У него была одна страстишка, о которой пронюхал великий Программист и вокруг которой поднимал такую страшную шумиху.</p>
<p>Генерал Колдер сказал:</p>
<p>— Я нахожу эту атмосферу таинственности детской.</p>
<p>— Сейчас вы увидите, — возразил Шуман. — Это не такое дело, чтобы рассказывать первому встречному. Ауб! — В том, как он бросил это односложное имя, было что-то повелительное, но так подобало говорить великому Программисту с простым техником. — Ауб, сколько будет, если девять умножить на семь?</p>
<p>Ауб поколебался; в его бледных глазах появилась тревога.</p>
<p>— Шестьдесят три, — сказал он.</p>
<p>Конгрессмен Брант поднял брови.</p>
<p>— Это верно?</p>
<p>— Проверьте сами, сэр.</p>
<p>Конгрессмен достал из кармана счётную машинку, дважды передвинул её рычажки, поглядел на циферблат у себя на ладони, потом сунул машинку обратно.</p>
<p>— Это вы и хотели нам показать? — спросил он. — Фокусника?</p>
<p>— Больше, чем фокусника, сэр. Ауб запомнил несколько простых операций и с их помощью ведёт расчёты на бумаге.</p>
<p>— Бумажный счётчик, — вставил генерал со скучающим видом.</p>
<p>— Нет, сэр, — терпеливо возразил Шуман. — Совсем не то. Просто листок бумаги. Генерал, будьте любезны задать число!</p>
<p>— Семнадцать, — сказал генерал.</p>
<p>— А вы, конгрессмен?</p>
<p>— Двадцать три.</p>
<p>— Хорошо. Ауб! Перемножьте эти числа и покажите джентльменам, как вы это делаете.</p>
<p>— Да, Программист, — сказал Ауб, втянув голову в плечи. Из одного кармана он извлёк блокнотик, из другого — тонкий автоматический карандаш. Лоб у него собрался складками, когда он выводил на бумаге затейливые значки.</p>
<p>Генерал Уэйдер резко бросил ему:</p>
<p>— Покажите, что там.</p>
<p>Ауб подал ему листок, и Уэйдер сказал:</p>
<p>— Да, это число похоже на 17.</p>
<p>Брант кивнул головой.</p>
<p>— Верно, но, мне кажется, скопировать цифры со счётчика сможет всякий. Думаю, что мне и самому удастся нарисовать 17, даже без практики.</p>
<p>— Разрешите Аубу продолжать, джентльмены, — бесстрастно произнёс Шуман.</p>
<p>Ауб снова взялся за работу, руки у него слегка дрожали. Наконец он произнёс тихо.</p>
<p>— Это будет 391.</p>
<p>Конгрессмен Брант снова достал свой счётчик и защёлкал рычажками.</p>
<p>— Черт возьми, верно! Как он угадал!</p>
<p>— Он не угадывает, джентльмены, — возразил Шуман. — Он рассчитал результат. Он сделал это на листке бумаги.</p>
<p>— Чепуха, — нетерпеливо произнёс генерал. — Счётчик — это одно, а значки на бумаге — другое.</p>
<p>— Объясните, Ауб, — приказал Шуман.</p>
<p>— Да, Программист. — Ну вот, джентльмены, я пишу 17, а под ним 23. Потом я говорю себе: 7 умножить на 3.</p>
<p>Конгрессмен прервал мягко:</p>
<p>— Нет, Ауб, задача была умножить 17 на 23.</p>
<p>— Да, я знаю, — серьёзно ответил маленький техник, — но я начинаю с того, что умножаю 7 на 3, потому что так получается. А 7 умножить на 3 — это 21.</p>
<p>— Откуда вы это знаете? — спросил конгрессмен.</p>
<p>— Просто запомнил. На счётчике всегда получается 21. Я проверял много раз.</p>
<p>— Это значит, что так будет получаться всегда, неправда ли? — заметил конгрессмен.</p>
<p>— Не знаю, — пробормотал Ауб. — Я не математик. Но, видите ли, у меня всегда получаются правильные ответы.</p>
<p>— Продолжайте.</p>
<p>— 3 умножить на 7 — это 21, так что я и пишу 21. Потом трижды один — три, так что я пишу тройку под двойкой…</p>
<p>— Почему под двойкой? — прервал вдруг Брант.</p>
<p>— Потому что… — Ауб обратил беспомощный взгляд к своему начальнику. — Это трудно объяснить.</p>
<p>Шуман вмешался.</p>
<p>— Если вы примете его работу, как она есть, то подробности можно будет поручить математикам.</p>
<p>Брант согласился.</p>
<p>Ауб продолжал:</p>
<p>— 2 да 3 — пять, так что из 21 получается 51. Теперь оставим это на время и начнём заново. Перемножим 7 и 2, будет 14, потом 1 и 2, это будет 2. Сложим, как раньше, и получим 34. И вот, если написать 34 вот так под 51 и сложить их, то получится 391. Это и будет ответ.</p>
<p>Наступило минутное молчание, потом генерал Уэйдер сказал:</p>
<p>— Не верю. Он городит чепуху, складывает числа и умножает их так и этак, но я ему не верю. Это слишком сложно, чтобы могло быть разумным.</p>
<p>— О нет, сэр, — смятенно возразил Ауб. — Это только кажется сложным, потому что вы не привыкли. В действительности же правила довольно просты и годятся для любых чисел.</p>
<p>— Для любых? — переспросил генерал. — Ну, так вот. — Он достал свой счётчик (военную модель строгого стиля) и поставил его наугад. — Помножьте на бумажке — 5, 7, 3, 8. Это значит… Это значит 5738.</p>
<p>— Да, сэр, — сказал Ауб и взял новый листок бумаги.</p>
<p>— Теперь… — Генерал снова заработал счётчиком. — Пишите: 7, 2, 3, 9. Число 7239.</p>
<p>— Да, сэр.</p>
<p>— А теперь перемножьте их.</p>
<p>— Это займёт много времени, — прошептал Ауб.</p>
<p>— Неважно.</p>
<p>— Валяйте, Ауб, — весело сказал Шуман.</p>
<p>Ауб принялся за дело. Он брал один листок за другим. Генерал достал часы и засёк время.</p>
<p>— Ну что, кончили колдовать, техник? — спросил он.</p>
<p>— Сейчас кончу, сэр… Готово. 41537382. — Ауб показал записанный результат.</p>
<p>Генерал Уэйдер недоверчиво улыбнулся, передвинул контакты умножения на своём счётчике и подождал, пока цифры остановятся. А когда он взглянул, сказал с величайшим изумлением:</p>
<p>— Великие галактики, это верно!</p>
<p>Президент Всепланетной Федерации позволил подвижным чертам своего лица принять выражение глубокой меланхолии. Денебианская война, начавшаяся как широкое, популярное движение, выродилась в скучное маневрирование и контрманеврирование, с постоянно растущим на Земле недовольством. Однако оно росло и на Денебе.</p>
<p>А тут конгрессмен Брант, глава важного военного комитета, беспечно тратит свою получасовую аудиенцию на разговоры о чепухе.</p>
<p>— Расчёты без счётчика, — нетерпеливо произнёс президент, — это противоречие понятий.</p>
<p>— Расчёты, — возразил конгрессмен, — это только система обработки данных. Их может сделать машина, может сделать и человеческий мозг. Позвольте привести пример. — И, пользуясь недавно приобретёнными знаниями, он получал суммы и произведения, пока президент не заинтересовался против своей воли.</p>
<p>— И это всегда выходит?</p>
<p>— Каждый раз, сэр. Это абсолютно надёжно.</p>
<p>— Трудно ли этому научиться?</p>
<p>— Мне понадобилась неделя, чтобы понять по-настоящему. Думаю, что дальше будет легче.</p>
<p>— Хорошо, — сказал президент, подумав, — это интересная салонная игра, но какая от неё польза?</p>
<p>— Какая польза от новорождённого ребёнка, дорогой президент? В данный момент пользы нет, но разве вы не видите, что это указывает нам путь к освобождению от машины? Подумайте, сэр. — Конгрессмен встал, и в его звучном голосе автоматически появились интонации, к которым он прибегал в публичных дебатах. — Денебианская война — это война между счётными машинами. Денебианские счётчики создают непроницаемый заслон против нашего обстрела, наши счётчики — против их обстрела. Как только мы улучшаем работу своих счётчиков, другая сторона делает то же, и такое жалкое, бесцельное равновесие держится уже пять лет.</p>
<p>А теперь у нас есть способ, позволяющий обойтись без счётчика, перепрыгнуть через него, обогнать его, мы можем сочетать механику расчётов с человеческой мыслью; мы можем получить эквивалент счётчикам, миллионам их. Я не могу предсказать все последствия в точности, но они будут неисчислимыми. А если Денеб будет продолжать упрямиться, они могут стать катастрофическими.</p>
<p>Президент смутился.</p>
<p>— Чего вы от меня хотите?</p>
<p>— Чтобы вы поддержали в административном отношении секретный проект, касающийся людей-счётчиков. Назовём его Проект Числа, если хотите. Я могу поручиться за свой комитет, но мне нужна административная поддержка.</p>
<p>— Но каковы пределы возможностей для людей-счётчиков?</p>
<p>— Пределов нет. По словам Программиста Шумана, познакомившего меня с этим открытием…</p>
<p>— Я слышал о Шумане.</p>
<p>— Да. Так вот, доктор Шуман говорит, что теоретически счётная машина не может делать ничего такого, чего не мог бы сделать человеческий мозг. Машина попросту берет некоторое количество данных и производит с ними конечное количество операций. Человек может воспроизвести этот процесс.</p>
<p>Президент долго обдумывал слова Бранта, потом сказал:</p>
<p>— Если Шуман говорит, что это так, то я готов поверить ему — теоретически. Но практически: может ли кто-нибудь знать, как счётная машина работает?</p>
<p>Брант вежливо засмеялся.</p>
<p>— Да, господин президент, я тоже спрашивал об этом. По-видимому, было время, когда счётные машины проектировались людьми. Конечно, эти машины были очень простыми — ведь это было ещё до того, как были разработаны способы использования одних счётчиков для проектирования других, более совершенных.</p>
<p>— Да-да, продолжайте.</p>
<p>— Очевидно, техник Ауб в свободное время занимался восстановлением некоторых старых устройств; в процессе работы он изучал их действия и решил, что может воспроизвести их. Умножение, проделанное мною сейчас, — это только воспроизведение работы счётной машины.</p>
<p>— Поразительно!</p>
<p>Конгрессмен слегка откашлялся.</p>
<p>— Разрешите мне указать ещё на одну сторону вопроса. Чем больше мы будем развивать это дело, тем меньше усилий нам потребуется на производство счётных машин и их обслуживание. Их работу возьмёт на себя человек, а мы сможем использовать все больше энергии на мирные цели, и средний человек будет все меньше ощущать гнёт войны. А это, конечно, полезно для правящей партии.</p>
<p>— Вот как, — сказал президент, — теперь я вижу, к чему вы клоните. Хорошо, садитесь, сэр, садитесь. Мне нужно подумать обо всем этом… А сейчас — покажите-ка мне ещё раз фокус с умножением. Посмотрим, сумею ли я разобраться в нем и повторить.</p>
<p>Программист Шуман не пытался торопить события. Лессер был консервативен, очень консервативен и любил работать с вычислительными машинами, как работали его отец и дед. Кроме того, он контролировал концерн по производству вычислительных машин, и если его удастся убедить примкнуть к Проекту Числа, то это откроет большие возможности.</p>
<p>Но Лессер упирался. Он сказал:</p>
<p>— Я не уверен, что мне понравится идея отказаться от вычислительных машин. Человеческий ум — капризная штука. А машина даёт на одну и ту же задачу всегда один и тот же ответ. Кто поручится, что человек будет делать то же?</p>
<p>— Разум человека, расчётчик Лессер, только манипулирует с фактами. Делает ли это он или машина — неважно. То и другое — только орудия.</p>
<p>— Да-да. Я проследил за вашим остроумным доказательством того, что человек может воспроизвести работу машины, но это мне кажется несколько необоснованным. Я могу согласиться с теорией, но есть ли у нас основания думать, что теорию можно превращать в практику?</p>
<p>— Думаю, сэр, что есть. В конце концов, вычислительные машины существовали не всегда. У древних людей, с их каменными топорами и железными дорогами, таких машин не было.</p>
<p>— Должно быть, они и не вели расчётов.</p>
<p>— Можете не сомневаться. Даже для строительства железной дороги или пирамиды нужно уметь рассчитывать, а они это делали без тех вычислительных машин, какими пользуемся мы.</p>
<p>— Вы хотите сказать — они считали так, как вы мне показывали?</p>
<p>— Может быть, и не так. Этот способ — мы назвали его «графитикой», от древнего слова «графе» (пишу), — разработан на основе счётчиков, так что он не мог предшествовать им. Но все-таки у древних людей должен был быть какой-то способ, верно?</p>
<p>— Забытое искусство! Если вы говорите о забытых искусствах…</p>
<p>— Нет-нет. Я не сторонник этой теории, хотя и не скажу, что она невероятна. В конце концов, человек питался зёрнами злаков до введения гидропоники, и если первобытные народы ели зерно, то должны были выращивать злаки в почве. Как иначе они могли это делать?</p>
<p>— Не знаю, но поверю в выращивание из почвы, когда увижу, что кто-нибудь вырастил так что-либо. И поверю в добывание огня путём трения двух кремней друг о друга, если увижу, что кому-то это удалось.</p>
<p>Шуман заговорил примирительно:</p>
<p>— Давайте будем держаться графитики. Это только часть процесса эфемеризации. Транспорт с его громоздкими приспособлениями уступает место непосредственному телекинезу. Средства связи становятся все менее массивными и более надёжными. А сравните свой карманный счётчик с неуклюжими машинами тысячелетней давности. Почему бы не сделать ещё один шаг и не отказаться от счётчиков совсем? Послушайте, сэр. Проект «Число» — верное дело; прогресс налицо. Но нам нужна ваша помощь. Если вас не трогает патриотизм, то подумайте об интеллектуальной романтике!</p>
<p>Лессер возразил скептически:</p>
<p>— Какой прогресс?.. Что вы умеете делать, кроме умножения? Сумеете вы проинтегрировать трансцендентную функцию?</p>
<p>— Со временем сумею, сэр. Со временем. С месяц назад я научился производить деление. Я могу находить, и находить правильно, частное в целых и десятичных.</p>
<p>— В десятичных? До какого знака?</p>
<p>Программист Шуман постарался сохранить небрежный тон.</p>
<p>— До какого угодно.</p>
<p>Лицо у Лессера вытянулось.</p>
<p>— Без счётчика?</p>
<p>— Можете проверить.</p>
<p>— Разделите 27 на 13. С точностью до шестого знака.</p>
<p>Через пять минут Шуман сказал:</p>
<p>— 2,076923.</p>
<p>Лессер проверил.</p>
<p>— Поразительно! Умножение не моё призвание, оно относится, в сущности, к целым числам, и я думал, что это просто фокус. Но десятичные…</p>
<p>— И это не все. Есть ещё одно достижение, пока ещё сверхсекретное, о котором, строго говоря, я не должен был бы упоминать. Но все же… Возможно, что нам удастся овладеть квадратными корнями.</p>
<p>— Квадратными корнями?</p>
<p>— Там есть кое-какие занозы, которые мы ещё не сумели выровнять, но техник Ауб — человек, изобретший эту науку и обладающий большой интуицией, — говорит, что почти решил эту проблему. И он только техник. А для такого человека, как вы, опытного и талантливого математика, здесь не должно быть ничего трудного.</p>
<p>— Квадратные корни, — пробормотал заинтересованный Лессер.</p>
<p>— И кубические тоже. Идёте вы с нами?</p>
<p>Рука Лессера вдруг протянулась к нему.</p>
<p>— Рассчитывайте на меня!</p>
<p>Генерал Уэйдер расхаживал по комнате взад-вперёд и обращался к своим слушателям так, как вспыльчивый учитель обращается к упрямым ученикам. Генерал не задумывался о том, что его слушателями были учёные, стоящие во главе проекта «Число». Он был их главным начальником и помнил об этом каждый момент, когда не спал.</p>
<p>Он говорил:</p>
<p>— Ну, с квадратными корнями все в порядке. Я не умею их извлекать и не понимаю метода, но это замечательно. И все-таки нельзя уводить проект в сторону, к тому, что некоторые из вас называют основной теорией. Можете забавляться с графитикой как вам угодно по окончании войны, но в данную минуту нам нужно решать специфические и весьма практические задачи.</p>
<p>Техник Ауб, сидевший в дальнем углу, слушал его с напряжённым вниманием. Правда, он больше не был техником: его причислили к Проекту, дав ему звучный титул и хороший оклад. Но социальное различие осталось, и высокопоставленные учёные мужи никак не могли заставить себя смотреть на него как на равного. Надо отдать Аубу справедливость: он не добивался этого. Им было с ним так же неловко, как и ему с ними.</p>
<p>Генерал продолжал:</p>
<p>— Наша цель, джентльмены, проста: мы должны заменить счётную машину. Звездолёт без счётчика можно построить впятеро быстрее и вдесятеро дешевле, чем со счётчиком. Если нам удастся обойтись без счётчиков, то мы сможем построить флот в пять-десять раз крупнее денебианского.</p>
<p>И я вижу ещё кое-что в перспективе. Сейчас это может показаться фантастикой, простой мечтой, но в будущем я предвижу боевые ракеты с людьми на борту.</p>
<p>По аудитории пронёсся шёпот.</p>
<p>Генерал продолжал:</p>
<p>— В настоящий момент нас больше всего лимитирует тот факт, что боевые ракеты недостаточно «разумны». Вычислительная машина для управления ими должна быть слишком большой, и потому они очень плохо приспосабливаются к меняющемуся характеру противоракетной защиты. Лишь очень немногие из ракет достигают цели, и ракетная война заходит в тупик — для неприятеля, к счастью, так же, как и для нас.</p>
<p>С другой стороны, ракета с одним-двумя человеками на борту, контролируемая в полёте с помощью графитики, будет легче, маневреннее, разумнее. Это даст нам такое преимущество, которое вполне может привести нас к победе. Кроме того, джентльмены, условия войны заставляют нас думать ещё об одном: человеческий материал гораздо доступнее вычислительной машины. Ракеты с людьми можно будет направлять в таких количествах и в таких условиях, в каких никакой военачальник не решился бы рисковать, имей он в распоряжении только ракеты со счётчиками…</p>
<p>Генерал говорил ещё о многом другом, но техник Ауб больше не слушал.</p>
<p>Потом в тишине своего жилища он долго трудился над письмом, которое хотел оставить, и в конце концов после долгих сомнений и раздумий написал следующее:</p>
<p>"Когда я начал работать над тем, что сейчас называется графитикой, это было только развлечением. Я не видел в этом ничего, кроме интересной забавы, умственной гимнастики.</p>
<p>Когда же был создан проект «Число», то я подумал, что другие окажутся умнее меня; что графитику можно будет использовать на благо человечества — быть может, для разработки практичных телекинетических приспособлений. Но теперь я вижу, что она будет использована только для смерти и уничтожения.</p>
<p>Я не в силах нести ответственность за то, что изобрёл графитику".</p>
<p>Окончив писать, техник Ауб тщательно навёл на себя фокус белкового деполяризатора. Его смерть была мгновенной и безболезненной.</p>
<p>Они стояли над могилой маленького техника, пока его открытию воздавалась должная честь.</p>
<p>Программист Шуман склонял голову вместе с остальными, но внутренне оставался спокойным. Ауб сделал своё, и нужды в нем больше не было. Может быть, он и изобрёл графитику, но, раз появившись, она будет развиваться самостоятельно, приведёт к созданию ракет с экипажем и прочим чудесам.</p>
<p>«7, умноженное на 9, даёт 63, — подумал Шуман с глубоким удовлетворением, — и чтобы сказать это мне, вычислительной машины не нужно. Вычислительная машина — у меня в голове». От этой мысли он преисполнился чувства гордости и ощущения собственной силы.</p>
</section>
</body>
  <binary content-type="image/jpeg" id="cover.jpg">[encoded data, 41008 characters]</binary>
</FictionBook>