<?xml version="1.0" encoding="windows-1251"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
 <description>
  <title-info>
   <genre>sf</genre>
   <author>
    <first-name>Айзек</first-name>
    <last-name>Азимов</last-name>
   </author>
   <book-title>История</book-title>
   <date></date>
   <coverpage>
    <image l:href="#nmaa1.jpg"/></coverpage>
   <lang>ru</lang>
   <translator>
    <first-name>Б.</first-name>
    <last-name>Миловидова</last-name>
   </translator>
  </title-info>
  <document-info>
   <author>
    <first-name>Алексей</first-name>
    <last-name>Н.</last-name>
    <nickname>rusec</nickname>
    <email>lib_at_rus.ec</email>
   </author>
   <program-used>LibRusEc kit, Fiction Book Designer, Fiction Book Investigator, FB Editor v2.0</program-used>
   <date value="2013-06-10">24.01.2008</date>
   <id>Mon Jun 10 23:01:08 2013</id>
   <version>1.1</version>
  </document-info>
  <publish-info>
   <book-name>История</book-name>
  </publish-info>
 </description>
 <body>
  <title>
   <p>Айзек Азимов</p>
   <empty-line/>
   <p>История</p>
  </title>
  <section>
   <p>Худая рука Уллена легко и бережно водила стило по бумаге; близко посаженные глаза помаргивали за толстыми линзами. Дважды загорался световой сигнал, прежде чем Уллен ответил: </p>
   <p>– Это ты, Тшонни? Вхоти, пошалуйста. Он добродушно улыбнулся, его сухощавое марсианское лицо оживилось. </p>
   <p>– Сатись, Тшонни... но сперва приспусти санавески. Сверкание вашево огромново семново солнца растрашает. Ах, совсем-совсем хорошо, а теперь сатись и посити тихо-тихо немношко, Потому что я санят. </p>
   <p>Джон Брюстер сдвинул в сторону кипу бумаг и уселся. Сдув пыль с корешка открытой книги на соседнем стуле, он укоризненно поглядел на марсианского историка. </p>
   <p>– А ты все роешься в своих дряхлых заплесневелых фолиантах? И тебе не надоело? </p>
   <p>– Пошалуйста, Тшонни, - Уллен не поднимал глаз, - не сакрой мне нушную страницу. Это кника "Эра Китлера", Уильяма Стюарта, и её очень трутно читать. Он испольсует слишком мноко слов, которых не расъясняет. - Когда он перевел взгляд на Джонни, на лице его читалось недоуменное раздражение. Никокта не опъясняет термины, которыми польсуется. Это ше совершенно ненаучно. Мы на Марсе, преште чем приступить к рапоте, саявляем: "Вот список всех терминов, которые испольсуются в тальнейшем. Иначе как пы люти смокли расумно исъясняться? Ну и ну! Эти сумасшетшие семляне! </p>
   <p>– Это все пустяки, Уллен... забудь. Почему бы тебе не взглянуть на меня? Или ты ничего не заметил? </p>
   <p>Марсианин вздохнул, снял очки, задумчиво протер стекла и осторожно водрузил очки на нос. Потом окинул Джонни изучающим взглядом. </p>
   <p>– Я тумаю, ты нател новый костюм. Или не так? </p>
   <p>– Новый костюм? И это все, что ты можешь сказать, Уллен? Это же мундир. Я - член Внутренней Обороны. Он вскочил на ноги - воплощение юношеского задора. </p>
   <p>– Што такое "Внутренняя Опорона?" - без энтузиазма поинтересовался Уллен. </p>
   <p>Джонни захлопал глазами и растерянно опустился на место. </p>
   <p>– Знаешь, я и в самом деле могу подумать, что ты даже не слышал о войне, которая на прошлой неделе началась между Землей и Венерой. Готов поспорить! </p>
   <p>– Я пыл санят. - Марсианин нахмурился и поджал тонкие, бескровные губы. - На Марсе не пывает войн... теперь не пывает. Кокта-то мы применяли силу, но это ныло тавным-тавно. А теперь нас осталось мало, и силой мы не польсуемся. Этот путь совершенно песперспективен. - Казалось, он заставил себя встряхнуться и заговорить оживленнее. - Скаши мне, Тшонни, не знаешь ли ты, кде я моку найти опретеление тово, что насывается "национальная кортость"? Оно меня останавливает. Я не моку твикаться тальше, пока не пойму его сначение. </p>
   <p>Джонни выпрямился во весь рост, блистая чистой зеленью мундира Земных Сил, и улыбнулся, ласково и снисходительно: </p>
   <p>– Ты неисправим, Уллен, старый ты простофиля. Не хочешь ли пожелать мне удачи? Завтра я отправляюсь в космос. </p>
   <p>– Ах, а это опасно? </p>
   <p>Джонни даже взвизгнул от смеха: </p>
   <p>– Опасно? А ты как думаешь? </p>
   <p>– Токта... токта это клупо - искать опасности. Зачем это тепе нато? ~ </p>
   <p>– Тебе этого не понять, Уллен. Ты только пожелай мне удачи, скажи, чтобы я быстрее возвращался с победой. </p>
   <p>– Все-не-пре-мен-но! Я никому не шелаю смерти. - Узкая ладонь марсианина скользнула в протянутую лапищу. - Путь осторошен, Тшонни... И покоти, пока ты не ушел, потаи мне рапоту Стюарта. Тут, на вашей Семле все телается таким тяшелым. Тяшелым-тяшелым... И таше к терминам не привотится опретелений. </p>
   <p>Он вздохнул и вновь погрузился в манускрипты, ещё до того как Джонни неслышно выскользнул из комнаты. </p>
   <p>– Какой варварский нарот, - сонно пробормотал себе под нос марсианин. - Воевать! Они тумают, что упивая... - Слова сменились внятным ворчанием, в то время как глаза продолжали следить за пальцем, ползущим по странице. </p>
   <p>"...Союз англосаксонских государств в любую минуту мог распасться, хотя уже к весне 1941 года стало очевидно, что гибель..." </p>
   <p>– Эти сумасшетшие семляне! </p>
   <p>Опираясь на костыли, Уллен остановился на лестнице университетской библиотеки, сухонькой ладошкой защитив слезящиеся глаза от неистового земного солнца. </p>
   <p>Небо было голубым, безоблачным... безмятежным. Но где-то там, вверху, за пределами воздушного океана, сражаясь, маневрировали стальные корабли, полыхая яростным огнем. А вниз, на города, падали крохотные капли смерти высокорадиоактивные бомбы, бесшумно и неумолимо выгрызающие в месте падения пятнадцатифутовый кратер. </p>
   <p>Население городов теснилось в убежищах, скрывалось в расположенных глубоко под землей освинцованных помещениях. А здесь, наверху, молчаливые, озабоченные люди текли мимо Уллена. Патрульные в форме вносили некоторое подобие порядка в это гигантское бегство, направляя отставших и подгоняя медлительных. </p>
   <p>Воздух был полон отрывистых приказов. </p>
   <p>– Спустись-ка в убежище, папаша. И поторопись. Видишь ли, здесь запрещено торчать без дела. </p>
   <p>Уллен повернулся к патрульному, неторопливо собрал разбежавшиеся мысли, оценивая ситуацию. </p>
   <p>– Прошу прощения, семлянин... но я не спосопен очень пыстро перемещаться по вашему миру. - Он постучал костылем по мраморным плитам. В нем все претметы слишком тяшелы. Если я окашусь в толпе, то меня затопчут. </p>
   <p>Он доброжелательно улыбнулся с высоты своего немалого роста. .Патрульный потер щетинистый подбородок: </p>
   <p>– Порядок, папаша, я тебя понял. Вам, марсианам, у нас нелегко... Убери-ка с дороги свои палочки. </p>
   <p>Напрягшись, он подхватил марсианина на руки. </p>
   <p>– Обхвати-ка меня покрепче ногами, нам надо поторопиться. </p>
   <p>Мощная фигура патрульного протискивалась сквозь толпу. Уллен зажмурился, - быстрое движение при этом противоестественном тяготении отзывалось спазмами в желудке. Он снова открыл глаза только в слабо освещенном закоулке подвала с низкими потолками. </p>
   <p>Патрульный осторожно опустил его на пол, подсунув под мышки костыли. </p>
   <p>– Порядок, папаша. Побереги себя. </p>
   <p>Уллен пригляделся к окружающим и заковылял к одной из невысоких скамеек в ближайшем углу убежища. Позади него послышался зловещий лязг тяжелой, освинцованной двери. </p>
   <p>Марсианский ученый достал из кармана потрепанный блокнот и начал неторопливо заполнять его каракулями. Он не обращал ни малейшего внимания на взволнованные перешептывания, встретившие его появление, на обрывки возбужденных разговоров, повисшие в воздухе. </p>
   <p>Но, потирая пушистый лоб обратным концом карандаша, он наткнулся на внимательный взгляд человека, сидящего рядом. Уллен рассеянно улыбнулся и вернулся к записям. </p>
   <p>– Вы ведь марсианин, верно? - заговорил сосед торопливым, свистящим голосом. - Не скажу, что особо люблю чужаков, но против марсиан ничего такого не имею. Что же касается венериан, так теперь я бы им... </p>
   <p>– Тумаю, ненависть никокта не товетет то топра, - мягко перебил его Уллен. - Эта война - серьесная неприятность... очень серьесная. Она мешает моей рапоте, и вам, семлянам, слетует её прекратить. Или я не прав? </p>
   <p>– Можем поклясться своей шкурой, что мы её прекратим, - последовал выразительный ответ. - Вот треснем по их планете, чтобы её наружу вывернуло... и всех поганых венерят вместе с ней. </p>
   <p>– Вы сопираетесь атаковать их корота, как и они ваши? - Марсианин совсем по-совиному задумчиво похлопал глазами. - Вы тумаете, что так путет лучше? </p>
   <p>– Да, черт побери, именно так... </p>
   <p>– Но послушайте. - Уллен постучал костистыми пальцами по ладони. - Не проще ли пыло пы снаптить все корапли тесориентирующим орушием?.. Или вам так не кашется? Наверное, потому, что у них, у венериан, есть экраны? </p>
   <p>– О каком это оружии вы говорите? Уллен детально обдумал вопрос. </p>
   <p>– Полакаю, что тля нево у вас существует свое насвание... но я никокта ничево не понимал в орушии. На Марсе мы насываем ево "скелийнкпек", что в перевоте на английский осначает "тесориентирующее орушие". Теперь вы меня понимаете? </p>
   <p>Он не получил ответа, если не считать недовольного угрюмого бормотания. Землянин отодвинулся от своего соседа и нервно уставился на противоположную стену. Уллен понял свою неудачу и устало повел плечом: </p>
   <p>– Это не ис-са тово, что я утеляю всему происхотящему слишком мало внимания. Просто ис-са войны всекта слишком мноко хлопот. Стоило пы её прекратить. - Он вздохнул. - Но я отвлекся! </p>
   <p>Его карандаш вновь пустился было в путь по лежащему на коленях блокноту, но Уллен снова поднял глаза: </p>
   <p>– Простите, вы не напомните мне насвание страны, в которой скончался Китлер? Эти ваши семные насвания порой так слошны. Кашется, оно начинается на "М". </p>
   <p>Его сосед, не скрывая изумления, вскочил и отошел подальше. Уллен неодобрительно и недоуменно проследил за ним взглядом. </p>
   <p>И тут прозвучал сигнал отбоя. </p>
   <p>– Ах та! - пробормотал Уллен. - Матакаскар! Веть очень простое насвание. </p>
   <p>Теперь мундир на Джонни Брюстере уже не выглядел с иголочки. Как и должно быть у бывалого солдата, по плечам и вдоль воротника намертво залегли складки, а локти и колени лоснились. </p>
   <p>Уллен пробежался пальцами вдоль жутковатого шрама, шедшего вдоль всего правого предплечья Джонни. </p>
   <p>– Тшонни, теперь не польно? </p>
   <p>– Пустяки! Царапина! Я добрался до того венеряка, который это сделал. От него осталась лишь царапина на лунной поверхности. </p>
   <p>– Ты сколько пыл в коспитале, Тшонни? </p>
   <p>– Неделю! </p>
   <p>Он закурил и присел на край стола, смахнув часть бумаг марсианина. </p>
   <p>– Остаток отпуска мне следовало бы провести с семьей, но, как видишь, я выкроил время навестить тебя. </p>
   <p>Он подался вперед и нежно провел рукой по жесткой щеке марсианина. </p>
   <p>– Ты так и не скажешь, что рад меня видеть? Уллен протер очки и внимательно поглядел на землянина. </p>
   <p>– Но, Тшонни, неушели ты настолько сомневаешься, что я рат тепя витеть, что не поверишь то тех пор, пока я не выскашу это словами? - Он помолчал. - Нато путет стелать об этом пометку. Вам, простотушным семлянам, всекта неопхотимо вслух ислакать трук перет труком такие очевитные вещи, а иначе вы ни во что не верите. У нас на Марсе... </p>
   <p>Говоря это, он методично протирал стекла. Наконец он вновь водрузил очки на нос. </p>
   <p>– Тшонни, расве у семлян нет "тесориентирующего орушия"? Я поснакомился во время налета с отним человеком в упешище, и он не мок понять, о чем я коворю. </p>
   <p>Джонни нахмурился: </p>
   <p>– Я тоже не понимаю, о чем ты. Почему ты спрашиваешь об этом? </p>
   <p>– Потому что мне кашется странным, что вы с таким трутом поретесь с этим венерианским наротом, токта как у них, похоше, вовсе нет экранов, чтопы вам противотействовать. Тшонни, я хочу, чтопы война поскорее кончилась. Она мне постоянно мешает, все время прихотится прерывать рапоту и итги в упешище. </p>
   <p>– Погоди-ка, Уллен. Не торопись. Что это за оружие? Дезинтегратор? Что ты об этом знаешь? </p>
   <p>– Я о таких телах я воопще ничево не снаю. Я полакал, что ты снаешь, потому и спросил, У нас на Марсе в наших исторических хрониках коворится, что такое орушие применялось в наших тревних войнах. Мы теперь в орущий совсем не распираемся. Моку только скасать, что оно пыло простым, потому что противная сторона всекта что-нипуть применяла тля сащиты, и токта все опять становилось так ше, как пыло... Тшонни, тепе не покашется сатрутнительным спуститься со стола и отыскать "Начало космических путешествий" Хиккинпоттема? </p>
   <p>Джонни сжал кулаки и бессильно потряс ими: </p>
   <p>– Уллен, чертов марсианский педант... неужели ты не понимаешь, насколько это важно? Ведь Земля воюет! Воюет! Воюет! Воюет! </p>
   <p>– Все верно, вот и прекратите воевать. - В голосе Уллена звучало раздражение. - На Семле нет ни мира, ни покоя. Я натеялся как слетует порапотать в пиплиотеке... Тшонни, поосторошнее. Ну, пошалуйста, ну что ты телаешь? Ты меня просто опишаешь. </p>
   <p>– Извини, Уллен. А как ты со мной обошелся? Но мы ещё посмотрим. </p>
   <p>Отмахнувшись от слабых протестбв Уллена, Джонни подхватил его на руки вместе с креслом-каталкой, и марсианин оказался за дверью раньше, чем успел закончить фразу. </p>
   <p>Ракетотакси бжидало возле ступеней библиотеки. С помощью водителя Джонни запихнул кресло с марсианином в салон. Машина взлетела, оставляя за собой хвост смога. </p>
   <p>Уллен мягко пожаловался на перегрузку, но Джонни не обратил на это внимания. </p>
   <p>– Чтобы через двадцать минут мы были в Вашингтоне, приятель, - бросил он водителю. - Наплюй на все запреты. </p>
   <p>Чопорный секретарь произнес холодно и монотонно: </p>
   <p>– Адмирал Корсаков сейчас примет вас. </p>
   <p>Джонни повернулся и погасил сигарету. Затем бросил взгляд на часы и хмыкнул. </p>
   <p>Уллен очнулся от беспокойного сна и тут же нацепил очки. </p>
   <p>– Они наконец-то опратили на нас внимание, Тшонни? </p>
   <p>– Тс-с-с! </p>
   <p>Уллен безразлично оглядел роскошную обстановку кабинета, огромные карты Земли и Венеры на стене, внушительный стол в центре. Скользнул глазами по низенькому, полненькому, бородатому человеку по ту сторону стола и с облегчением остановил взгляд на долговязом рыжеватом мужчине, стоявшем неподалеку. </p>
   <p>От избытка чувств марсианин попытался даже приподняться в своем кресле. </p>
   <p>– Токтор Торнинк, вы ли это? Мы встречались с вами кот насат в Принстоне. Натеюсь, вы меня не сапыли? Мне там присвоили почетную степень. </p>
   <p>Доктор Торнинг шагнул вперед и с силой пожал руку Уллена: </p>
   <p>– Разумеется. Вы делали тогда доклад о методологии исторической науки Марса, верно? </p>
   <p>– О, вы запомнили, я так рат! Мне очень повесло, что я с вами повстречался. Скашите мне как ученый, что вы тумаете относительно моей теории о том, что социальная наступательность эры Китлера послушила основной причиной тля Поль - Доктор Торнинг улыбнулся: </p>
   <p>– Мы обсудим это позже, доктор Уллен. А сейчас адмирал Корсаков надеется получить от вас информацию, при помощи которой мы сможем покончить с войной. </p>
   <p>– Вот именно, - скрипуче произнес Корсаков, поймав кроткий взгляд марсианского ученого. - Хотя вы и марсианин, я предлагаю вам способствовать победе принципов свободы и законности над безнравственными поползновениями венерианской тирании. </p>
   <p>Уллен с сомнением посмотрел на него: </p>
   <p>– Это свучит невешливо... но не скасал пы, что я много расмышлял на эту тему. Вероятно, вы хотите скасать, что война скоро кончится? </p>
   <p>– Да, нашей победой. </p>
   <p>– Та-та, "попета", но веть это только слово. История покасывает, что войны, выикранные са счёт чисто военноко преимущества, слушат основой тля роста милитарисма и реваншисма в путущем. По этому вопросу я моку порекоментовать вам очень хорошее эссе, написанное Тшеймсом Коллинсом. В полном виге оно пыло опупликовано в тве тысячи пятитесятом коту. </p>
   <p>– Мой дорогой сэр! </p>
   <p>Уллен повысил голос, оставляя без внимания тревожный шепоток Джонни. </p>
   <p>– Что ше касается попеты - потлинной попеты, то почему пы вам не опратиться к простому нароту Венеры и не саявить: "Какой нам смысл враштовать? Тавайте лучше "по-коворим..." </p>
   <p>Последовал удар кулаком по столу и невнятная ругань. </p>
   <p>– Ради всего святого, Торнинг. Разбирайтесь с ним сами. Даю вам пять минут. </p>
   <p>Торнинг подавил смешок. </p>
   <p>– Доктор Уллен, мы попросили бы вас рассказать то, что вы знаете о дезинтеграторе. </p>
   <p>– Десинтекраторе? - Уллен недоуменно коснулся пальцем щеки. </p>
   <p>– Вы о нем рассказали лейтенанту Брюстеру. </p>
   <p>– Хм-м-м... А-а! Вы про "тесориентирующее орушие". Я о нем ничего не снаю. Марсианские историки несколько рас упоминали о нем, но они тоше ничего не снали... я потрасумеваю, с технической точки срения. </p>
   <p>Рыжеволосый физик терпеливо кивнул: </p>
   <p>– Понимаю вас, понимаю. Но что именно они сообщили? К какому виду оружия оно относилось? </p>
   <p>– Ну-у, они коворили, что это орушие саставляет металл распататься на части. Как вы насываете силы, саставляющие частицы металла тершаться вместе? </p>
   <p>– Внутримолекулярные силы? </p>
   <p>Уллен задумался и медленно произнес: </p>
   <p>– Наверное. Я запыл, как это насывается по-марсиански... помню, что слово тлинное. Но в люпом случае... это орушие... расрушает эти силы, и металлы рассыпаются в порошок. Но тействию потвершены лишь три металла: шелесо, копальт и... у нево такое странное насвание! </p>
   <p>– Никель, - мягко подсказал Джонни. </p>
   <p>– Та, та, никель! </p>
   <p>Глаза Торнинга заблестели. </p>
   <p>– Ага, ферромагнитные элементы. Могу поклясться, тут замешано осциллирующее магнитное поле, чтоб я стал венерианцем. Что скажете, Уллен? </p>
   <p>Марсианин вздохнул: </p>
   <p>– Ах, эти невосмошные семные термины... Потоштите, полыцую часть моих снаний оп орушии я почерпнул в ра-поте Хокела Пека "О культурной и социальной истории Третьей империи". Это товольно полыпой трут в тритцати четырех томах, но я всекта считал ево товольно посретственным. Его манера ислошения... </p>
   <p>– Пожалуйста, - перебил его Торнинг, - оружие... </p>
   <p>– Ах та, та! - Уллен поудобнее устроился в кресле, скривившись от усилия. - Он коворит оп электричестве, которое колеплется тута и сюта очень метленно... очень метленно, и его тавление... - Он беспомощно замолчал, с наивной надеждой взглянув на хмурое лицо адмирала. - Я тумаю, это понятие осначает "тавление", но я не снаю, это слово очень трутно перевести. По-марсиански это свучит как "крансарт". Это мошет помочь? </p>
   <p>– Мне кажется, вы имеете в виду потенциал, доктор Уллен! - Торнинг громко вздохнул. </p>
   <p>– Пусть путет так. Сначит, этот "потенциал" тоше меняется очень метленно, но его перемены как-то синхронисированы макнитисмом, который... хм-м...тоше исменяется. Вот и все, что я снаю. - Уллен нерешительно улыбнулся. - А теперь я пы хотел вернуться к сепе. Натеюсь, теперь все путет в порятке? </p>
   <p>Адмирал не удостоил его ответом. </p>
   <p>– Вы что-нибудь поняли из этой болтовни, доктор? </p>
   <p>– Чертовски мало, - признался физик, но это дает нам одну-две зацепки. Можно, конечно, извлечь что-нибудь из книги Бека, но на это мало надежды. Скорее всего мы обнаружим лишь повторение того, что слышали сейчас от доктора Уллена. Скажите, на Марсе сохранились какие-нибудь научные труды? </p>
   <p>Марсианин опечалился </p>
   <p>– Нет, токтор Торнинк. Они все пыли уничтошены кальнианскими реакционерами. Мы на Марсе совсем расочаровались в науке. История покасывает, что научный прокресс не ветет к счастью. - Он повернулся к молодому землянину. - Тшонни, пошалуйста, пойтем. </p>
   <p>Мановением руки адмирал Корсаков отпустил их обоих. </p>
   <p>Уллен сосредоточенно водил взглядом по плотно исписанной странице, останавливался, вписывал слова. Потом поднял глаза и тепло улыбнулся Джонни Брюстеру, который недовольно покачал головой и опустил руку на плечо марсианина. Брови молодого землянина сдвинулись ещё больше. </p>
   <p>– Уллен, - с трудом произнес он, - у тебя назревают большие неприятности. </p>
   <p>– Та? У меня? Неприятности? Но, Тшонни, это неверно. Моя кника прекрасно протвикается вперет. Первый том уше окончен и после некоторой шлифовки путет котов к печати. </p>
   <p>– Уллен, если ты не сообщишь правительству исчерпывающие данные о дезинтеграторе, я не отвечаю за последствия. </p>
   <p>– Но я расскасал все, что снаю. </p>
   <p>– Не все. Этих данных недостаточно. Ты должен постараться вспомнить ещё что-нибудь, Уллен, ты должен. </p>
   <p>– Но веть снать то, чеко не существует, невосмошно - это аксиома. Опершись о подлокотники, Уллен попрямее уселся в кресле. </p>
   <p>– Да знаю я. - Губы Джонни страдальчески скривились. - Но и ты должен понять! Венериане контролируют пространство; наши гарнизоны в поясе астероидов уничтожены, на прошлой неделе пали Фобос и Деймос. Сообщение между Землей и Луной прервано, и один Господь знает, как долго сможет продержаться Лунная эскадра. Сама Земля едва-едва способна защититься, а бомбить её теперь примутся всерьез... Ну же, Уллен, неужели ты не понимаешь? </p>
   <p>Растерянность во взгляде марсианина усилилась. </p>
   <p>– Семля проикрывает? </p>
   <p>– Ну конечно! </p>
   <p>– Токта смиритесь. Это путет локическим савершением. И сачем вы, сумасшетшие семляне, все это сатёяли? Джонни заскрежетал зубами: </p>
   <p>– Но если у нас будет дезинтегратор, мы победим. Уллен пожал плечами: </p>
   <p>– Но, Тшонни, это ше так утомительно, выслушивать отни и те ше старые попасенки. У вас, семлян, колова рапотает только в отном направлении. Послушай, мошет пыть, ты почувствуешь сепя лучше, если я почитаю тепе немного ис своей рапоты? Это пойтет на польсу твоему интеллекту. </p>
   <p>– Ладно, Уллен, ты сам на это напросился. Тебе некого винить. Если ты не сообщишь Торнингу то, что он хочет знать, тебя арестуют и будут судить за измену. </p>
   <p>Последовало недолгое молчание, потом Уллен произнес, слегка заикаясь: </p>
   <p>– Меня... са исмену? И ты топускаешь, что я моку претать... - Историк сдернул очки и принялся трясущимися руками протирать стекла. - Это неправта. Ты пытаешься запукать меня. </p>
   <p>– О нет, я-то нет. Это Корсаков считает, что ты знаешь больше, чем говоришь. Он уверен, что ты или набиваешь себе цену, или - и это его больше устраивает - ты подкуплен венерианами. </p>
   <p>– Но Торнинк... </p>
   <p>– Торнинг не всемогущ. Ему впору подумать о собственной шкуре. Земное правительство в моменты потрясений не может похвастаться рассудительностью. - На глаза Джонни неожиданно навернулись слезы. - Уллен, должно же быть что-то, что ты забыл. Это не только тебе надо - всей Земле. </p>
   <p>Уллен задышал тяжело, со свистом. </p>
   <p>– Они считают, что я спосопен торковать своими научными поснаниями. Вот какими оскорплениями платят они мне са поряточность, са мою научную принципиальность?! - От ярости голос его охрип, и впервые за все время их знакомства Джонни смог постичь разнообразие древнемарсианских выражений. Рас так, я не происнесу ни слова! - заявил ученый. - Пусть они сашают меня са решетку, пусть расстреляют, но этово оскорпления я не сапуту никокта. </p>
   <p>В его глазах читалась такая непоколебимость, что у Джонни поникли плечи. Замигала сигнальная лампочка, но землянин даже не шевельнулся. </p>
   <p>– Ответь на сигнал, Тшонни, - мягко попросил Уллен. - Они явились са мной. </p>
   <p>Мгновение спустя в комнате стало тесно от зеленых мундиров. Лишь доктор Торнинг и двое его спутников выделялись штатскими костюмами. </p>
   <p>Уллен силился подняться на ноги. </p>
   <p>– Коспота, я ничего не скашу. Я уше слышал, что вы пришли к вывоту, что я протаю свои снания - протаю са теньки! - Он плевался словами. Таково мне ещё не коворили. Если вам укотно, вы мошете арестовать меня неметленно, я не скашу больше ни слова... и я откасываюсь иметь тело с семным правительством в тальнейшем... </p>
   <p>Офицер в зеленом мундире шагнул было вперед, но Торнинг движением руки отстранил его. </p>
   <p>– Ну и ну, доктор Уллен, - весело произнес он, - стоит ли так кипятиться? Я просто пришел поинтересоваться, не вспомнили ли вы какой-нибудь дополнительный факт. Любой, хоть самый незначительный... </p>
   <p>С трудом опираясь на подлокотники, Уллен тем не менее держался твердо и прямо. Его ответом было лишь ледяное молчание. </p>
   <p>Доктор Торнинг невозмутимо присел на стол историка, взвесил в руке толстую стопку страниц. </p>
   <p>– А-а, так об этой работе мне говорил молодой Брюстер? - Он с любопытством поглядел на рукопись. - Что ж, вы, конечно, понимаете, что ваша позиция может заставить правительство все это конфисковать. </p>
   <p>– Та? </p>
   <p>Волна ужаса смыла выражение непримиримости с лица Уллена. Он подался вперед, потянувшись к манускрипту, Физик отбросил прочь слабую руку марсианина: </p>
   <p>– Руки прочь, доктор Уллен. О вашей работе я сам теперь позабочусь. Он зашуршал страницами. - Видите ли, если вас арестуют за измену, то ваша писанина станет криминалом. </p>
   <p>– Криминалом! - Уллен уже не говорил, а хрипел. - Ток-тор Торнинк, вы сами не понимаете, что коворите. Это... это мой величайший трут. - Его голос окреп. - Пошалуйста, ток-тор Торнинк, верните мне мою рукопись. </p>
   <p>Физик держал её возле самых дрожащих пальцев марсианина. </p>
   <p>– Только если... - начал он. </p>
   <p>– Но я ничево не снаю! - На побледневшем лице историка выступил пот. Голос срывался: - Покотите! Тайте мне время! Тайте мне восмошность потумать... и пошалуйста, оставьте мою рапоту в покое. </p>
   <p>Палец физика больно уперся в плечо марсианского историка. </p>
   <p>– Вам лучше помочь нам. Вашу писанину мы можем уничтожить за несколько секунд, если вы... </p>
   <p>– Покотите, прошу вас. Кте-то - не помню кте - упоминалось, что в этом орущий тля некоторых электросхем применялся специальный металл, который портится от воты и востуха. Он... </p>
   <p>– Святой Юпитер танцующий! - вырвалось у одного из спутников Торнинга. - Шеф, помните работу Аспартье пятилетней давности о натриевых схемах в аргонной атмосфере?.. </p>
   <p>Доктор Торнинг погрузился в размышления. </p>
   <p>– Минуточку... минуточку... минуточку... Черт побери! Это же прямо в глаза лезло... </p>
   <p>– Вспомнил, - неожиданно прохрипел Уллен. - Это пыло описано у Каристо. Он распирал патение Каллонии, и это пыло отним ис некативных факторов - нехватка этово металла, там он и ссылается на... </p>
   <p>Но он обращался к пустой комнате. На некоторое время Уллен от изумления замолчал. Потом воскликнул: </p>
   <p>– Моя рукопись! </p>
   <p>Болезненно прихрамывая, он подобрал страницы, разбросанные по всему полу, и сложил вместе, бережно разглаживая каждый лист. </p>
   <p>– Такие варвары... так опращаться с величайшим научным трутом! </p>
   <p>Уллен выдвинул ещё один ящик, порылся в его содержимом и раздраженно задвинул на место. </p>
   <p>– Тшонни, кута я сунул ту пиплиографию? Ты не вител ее? - Он покосился в сторону окна. - Тшонни! </p>
   <p>– Уллен, погоди минуточку. Они уже близко, - отозвался Джонни Брюстер. </p>
   <p>Улицы за окном ошеломляли буйством красок. Длинной, уверенно вышагивающей колонной двигался по проспекту цвет флота. В воздухе рябило от снегопада конфетти, от лент серпантина. Слышался монотонный и приглушенный рев толпы. </p>
   <p>– Ах, это клупые люта, - задумчиво произнес Уллен. - Они так ше ратовались, кокта началась война, и токта тоше пыл парат. А теперь ещё отин. Смешно! </p>
   <p>Он доковылял до своего кресла. Джонни последовал за ним. </p>
   <p>– Ты знаешь, что правительство назвало звездный музей твоим именем? </p>
   <p>– Та, - последовал сухой ответ. Уллен растерянно заглянул под стол. Мусей поевой славы имени Уллена, и там путет выставлено все трофейное орушие. Такова ваша странная семная привычка испольсовать претметы. Но кте, путь я проклят, эта пиплиография? </p>
   <p>– Вот здесь, - ответил Джонни, извлекая документ из жилетного кармана Уллена. - Наша победа завоевана твоим оружием, это для тебя оно древнее, а для нас в самый раз. </p>
   <p>– Попета! Ну конечно! Пока Венера не перевоорушится и не начнет новую порьпу за реванш. Вся история покасывает... латно, хватит на эту тему. - Он поудобнее устроился в кресле. - А теперь посволь продемонстрировать тепе потлинную попету. Посволь, я прочту тепе кое-что ис первово тома моей рапоты. Снаешь, она уше в напоре. Джонни рассмеялся: </p>
   <p>– Смелей, Уллен. Теперь я готов прослушать все твои двенадцать томов слово за словом. Уллен ласково улыбнулся в ответ. </p>
   <p>– Тумаю, это пойтет на польсу твоему интеллекту, - заметил он. </p>
  </section>
 </body>
 <binary id="nmaa1.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAgEAlgCWAAD/7RQGUGhvdG9zaG9wIDMuMAA4QklNA+0AAAAAABAAlgAA
[encoded data, 26928 characters]
lZSVlZWVlZWLb0f+v//Z</binary>
</FictionBook>
