<?xml version="1.0" encoding="windows-1251"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0"
  xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
  <description>
  <title-info>
   <genre>sf</genre>
   <author>    
    <first-name>Айзек</first-name>
    <last-name>Азимов</last-name>
   </author>
   <book-title>Я в марсопорте без Хильды</book-title>
   <lang>ru</lang>
  </title-info>
  <document-info>
   <author>
    <nickname>rusec</nickname>
    <email>lib_at_rus.ec</email>
   </author>
   <program-used>LibRusEc kit</program-used>
   <date value="2007-06-10">2007-06-10</date>
   <id>Sun Jun 10 22:28:25 2007</id>
   <version>1.0</version>
  </document-info>
 </description>
 <body>
<title><p>Азимов Айзек</p><p>Я в марсопорте без Хильды</p></title> 
<section>
<p>Айзек АЗИМОВ </p><p>Я В МАРСПОРТЕ БЕЗ ХИЛЬДЫ </p><p>Это рассказ в стиле Джеймса Бонда, написанный до того, как я услышал о Джеймсе Бонде. </p>
<p>Те, кто читал мои произведения, знают, что я никогда не пользуюсь греховными мотивами в своих рассказах. Можете судить по остальным рассказам в этой книге. </p>
<p>Но один издатель - не буду называть его имени - однажды сказал мне, что подозревает, что я не включаю в свои рассказы любовные сцены, потому что не способен их написать. Естественно, я отверг это предположение со всем презрением, какого оно заслуживало, и сказал в сердцах, что только моя прирожденная чистота и высокая нравственность удерживают меня от этого. </p>
<p>Так как на его лице отразилось явное недоверие, я сказал: </p>
<p>- Я вам покажу. Напишу научно-фантастический любовный рассказ, но не для публикации. </p>
<p>Но оказалось, что это тоже рассказ-загадка, и мне он так понравился, что я решил его опубликовать. </p>
<p>Он показывает, на что я способен, если захочу. Просто дело в том, что обычно я не хочу этого. </p><p>Все началось как сон. Я ничего не организовывал, ни к чему не притрагивался. Просто смотрел, как все делается само собой. Может, уже тогда мне следовало ощутить приближение катастрофы. </p>
<p>Началось все с моего обычного месячного перерыва между заданиями. Месяц на задании и месяц отдыха - таково обыкновение Галактической Службы. Я добрался до Марспорта, где нужно было три дня ждать короткого рейса на Землю. </p>
<p>Обычно Хильда - Боже благослови ее, лучшей жены не было никогда, ждала бы меня здесь, и мы спокойно и прекрасно провели бы время. Правда, Марспорт - дьявольская дыра и не подходит для прекрасного проведения времени. Но как это объяснить Хильде? </p>
<p>Но на _э_т_о_т_ раз моя теща - Боже благослови ее, для разнообразия заболела за два дня до того, как я достиг Марспорта, и в ночь перед посадкой я получил космограмму от Хильды. Она сообщала, что останется на Земле с матерью и на этот раз не встретит меня. </p>
<p>Я ответил выражениями любви и сожаления, а также искренним выражением тревоги по поводу ее матери, потом посадка, и вот я здесь. </p>
<p>Я _в _М_а_р_с_п_о_р_т_е _б_е_з _Х_и_л_ь_д_ы_! </p>
<p>Пока все еще ничего, понимаете? Пока только рама от картины, кости женщины. Надо нанести цвета и линии на холст, нарастить кожу и плоть на кости. </p>
<p>Поэтому я позвонил Флоре - (Флора - редкий эпизод из прошлого) и с этой целью использовал видеобудку. Черт возьми все расходы, вперед на полной скорости! </p>
<p>Я считал, что десять к одному ее на месте не окажется, она занята, ее видеофон отключен, она умерла, наконец. </p>
<p>Но она оказалась на месте, видеофон не отключен, и она совсем не выглядела мертвой. </p>
<p>Выглядела она лучше, чем когда бы то ни было. Возраст не может изменить ее бесконечного разнообразия. И одежда, которая на ней была, вернее, которой на ней почти не было, помогала этому. </p>
<p>Рада ли она мне? Она воскликнула: </p>
<p>- Макс! Сколько лет прошло! </p>
<p>- Знаю, Флора. Свободна ли ты? Потому что угадай. Я в Марспорте без Хильды. </p>
<p>Она снова воскликнула: </p>
<p>- Замечательно! Так иди ко мне! </p>
<p>Я вытаращил глаза. Это уж слишком. </p>
<p>- Ты хочешь сказать, что ты свободна? </p>
<p>Вы должны понять, что Флора не бывает свободна без предварительной договоренности. Такая уж она красотка. </p>
<p>Она ответила: </p>
<p>- Ну, у меня есть одно не очень важное свидание, Макс, но я об этом позабочусь. Приходи немедленно. </p>
<p>- Иду, - счастливо ответил я. </p>
<p>Флора - такая девушка... Вот что я вам скажу. В ее квартире марсианское тяготение, 0,4 земного. Машины, избавляющие от марсианской псевдогравитации, дорого стоят, конечно, но говорю вам, дело того заслуживает, а платить ей никогда не было трудно. Если вы когда-нибудь держали в объятиях девушку при тяготении в 0,4 земного, вам объяснения не нужны. А если не держали, мне вас жаль. Тут никакие объяснения не помогут. </p>
<p>А еще говорят о ходьбе по облакам... </p>
<p>И имейте в виду, девушка должна знать, как управляться в низкой гравитации. Флора знала. О себе я не говорю, понимаете, но Флора не стала просто бы так приглашать меня к себе, срывая другие свидания. Даже если бы была свободна. Но она никогда не бывает свободна. </p>
<p>Я кончил разговор. Только перспектива увидеть ее во плоти - и в какой плоти! - заставила меня стереть изображение с экрана так быстро. И вышел из будки. </p>
<p>И именно в этот момент, в это самое мгновение первый порыв катастрофы долетел до меня. </p>
<p>Первым порывом оказалась лысина отвратительного Рога Кринтона из Марсианского отделения, лысина эта возвышалась над бледно-голубыми глазами, бледно-желтым лицом и светло-каштановыми усами. Тот самый Рог Кринтон, со славянской линией предков, о котором все, кто занят полевой работой, думают, что его второе имя Сукин Сын. </p>
<p>Я не встал на четвереньки и не начал биться лбом о пол, потому что отпуск мой начался в ту минуту, как я сошел с корабля. </p>
<p>Со своей обычной вежливостью я сказал: </p>
<p>- Какого дьявола тебе нужно? Я спешу. У меня свидание. </p>
<p>Он ответил: </p>
<p>- У тебя свидание со мной. Есть небольшая работенка. </p>
<p>Я вслух рассмеялся и со всеми анатомическими подробностями указал, куда он может отправиться со своей работенкой. И даже предложил помочь деревянным молотом. Я сказал: </p>
<p>- Я в отпуске, приятель. </p>
<p>Он ответил: </p>
<p>- Тревога первой степени, приятель. </p>
<p>Что означает: никаких отпусков и все прочее. Я не верил своим ушам. </p>
<p>- Вздор, Рог. Имей сердце. У меня у самого тревога первой степени. </p>
<p>- Ничего подобного. </p>
<p>- Рог, - взмолился я, - неужели больше никого нет? Кого угодно? </p>
<p>- Ты единственный агент класса А на Марсе. </p>
<p>- Пошли на Землю. В штаб-квартире агенты валяются грудами. </p>
<p>- Нужно закончить до одиннадцати утра. А в чем дело? У тебя нет трех часов? </p>
<p>Я почесал в голове. Этот парень просто _н_е _з_н_а_е_т_. Я сказал: </p>
<p>- Мне нужно позвонить. </p>
<p>Подошел к будке, посмотрел на него и сказал: </p>
<p>- Разговор личный. </p>
<p>Флора снова засверкала на экране, как мираж на астероиде. Она спросила: </p>
<p>- Что-нибудь случилось, Макс? Не говори, что что-то случилось. Я отменила все свои встречи. </p>
<p>Я сказал: </p>
<p>- Флора, деточка, я буду. Обязательно буду. Но тут подвернулась одна вещь. </p>
<p>Она обиженным тоном задала естественный вопрос, и я ответил: </p>
<p>- Н_е_т_. Не другая девушка. Когда ты в городе, никаких других девушек быть не может. Особи женского пола, возможно. Но не девушки. Детка! Милая! Это дело. Подожди немного. Я быстро. </p>
<p>Она сказала: "Ну, ладно", но сказала таким тоном, будто не все ладно, и у меня появилось дурное предчувствие. </p>
<p>Я вышел из будки и сказал: </p>
<p>- Ну, хорошо, Рог Сукин Сын, что за месиво ты для меня приготовил? </p><p>Мы пошли в бар космопорта и взяли изолированную кабину. Он сказал: </p>
<p>- "Антаресский гигант" прибывает с Сириуса через полчаса, в восемь по местному времени. </p>
<p>- Прекрасно. </p>
<p>- Среди прочих пассажиров сойдут трое и будут ждать "Пожирателя пространства". Он приходит с Земли в одиннадцать и сразу вслед за этим отправляется к Капелле. Трое взойдут на борт "Пожирателя пространства" и окажутся вне нашей юрисдикции. </p>
<p>- Ну и что? </p>
<p>- Между восемью и одиннадцатью они будут находиться в особой комнате ожидания, и ты будешь с ними. У меня есть их объемные изображения, ты их узнаешь и будешь знать, кто есть кто. Между восемью и одиннадцатью ты должен решить, кто из них проносит контрабанду. </p>
<p>- Что за контрабанда? </p>
<p>- Худшая из возможных. Видоизмененный спейсолин. </p>
<p>- В_и_д_о_и_з_м_е_н_е_н_н_ы_й_ спейсолин? </p>
<p>Он меня поразил. Я знал, что такое спейсолин. Если вам приходилось совершать космические перелеты, вы тоже знаете. А если вы никогда не покидали Землю, скажу, что абсолютно все нуждаются в нем в первом полете, почти все - в первых десяти полетах и очень многие - вообще в каждом полете. Без него - головокружение, связанное с невесомостью, кошмары, постоянные психозы. А с ним - ничего, вы просто ничего не замечаете. И он не вызывает привыкания, у него нет никаких побочных эффектов. Спейсолин идеален, необходим, незаменим. Если сомневаетесь, примите спейсолин. </p>
<p>Рог сказал: </p>
<p>- Совершенно верно, видоизмененный спейсолин. Его можно химически изменить, реакция простая, может быть проведена в любом подвале, и он превращается в наркотик сильнейшего действия. Вызывает привыкание после первого же приема. Наравне с самыми опасными алкалоидами. </p>
<p>- И мы только что это узнали? </p>
<p>- Нет. Служба давно это знает, и мы удерживали эти сведения от распространения, И нам всякий раз удавалось. Но на этот раз дело зашло слишком далеко. </p>
<p>- Каким образом? </p>
<p>- Один из этих троих, которые делают здесь пересадку, несет видоизмененный спейсолин на себе. Химики в системе Капеллы за пределами Федерации, они проанализируют его и найдут способ синтеза. И нам либо придется бороться с самой большой угрозой наркотиков, либо запретить сам источник. </p>
<p>- Ты имеешь в виду спейсолин? </p>
<p>- Да. А запрет спейсолина - это запрет на космические полеты. </p>
<p>Я решил перейти к делу. </p>
<p>- И у кого же из троих этот наркотик? </p>
<p>Рог противно улыбнулся. </p>
<p>- Если бы мы знали, зачем нам тогда ты? Тебе придется это узнать самому. </p>
<p>- Ты хочешь, чтобы я занимался грязной работой? Обыскивал их? </p>
<p>- Только дотронься до одного из них, и тебе срежут волосы по самую гортань. Каждый из троих большой человек на своей планете. Это Эдвард Харпонастер, Иоаким Липски и Андиамо Ферруччи. Ну? </p>
<p>Он прав. Обо всех троих я слышал. Вероятно, вы тоже. В_л_и_я_т_е_л_ь_н_ы_е_, очень влиятельные люди, и ни одного нельзя тронуть без веских доказательств. Я сказал: </p>
<p>- Неужели кто-нибудь из них свяжется с таким грязным делом... </p>
<p>- Дело идет о триллионах, - ответил Рог, - а это значит, что любой из троих может. И один из них уже связался, потому что Джек Хок успел узнать это, прежде чем его убили... </p>
<p>- Джек Хок _у_б_и_т_? </p>
<p>- Да, и один из этих троих организовал убийство. Тебе предстоит узнать, который именно. Покажи нам пальцем до одиннадцати, и тебя ждет повышение, увеличение платы, достойная дань памяти бедного Джека Хока и спасение Галактики. Но если укажешь не на того - осложнение межгалактической ситуации, а ты окажешься в черных списках отсюда до Антареса. </p>
<p>Я спросил: </p>
<p>- А если я ни на кого не укажу? </p>
<p>- Все равно что укажешь не на того, во всем, что касается Службы. </p>
<p>- Я должен назвать одного, причем назвать правильно, или мне вручат собственную голову, так? </p>
<p>- Нарезанную ломтиками. Ты начинаешь меня понимать, Макс. </p>
<p>Всю жизнь Рог Кринтон казался мне противным, но никогда настолько противным. Единственное мое утешение заключалось в том, что он тоже женат и жена его весь год живет в Марспорте. И он этого заслуживает! Может, я жесток к нему, но заслуживает! </p>
<p>Как только Рог отошел, я позвонил Флоре. </p>
<p>Она сказала: </p>
<p>- Да? </p>
<p>Магнитные швы на ее платье разошлись, насколько нужно, а голос звучал так же очаровательно, как она выглядела. </p>
<p>Я ответил: </p>
<p>- Детка, милая, я не могу говорить об этом, но мне придется это сделать. Разделаюсь как можно быстрее, даже если для этого мне придется проплыть по Большому каналу до самой полярной шапки в одном нижнем белье, понимаешь? Даже если придется сорвать Фобос с неба. Даже если нужно будет разрубить себя на кусочки и каждый кусочек отправить тебе почтой. </p>
<p>- Ну, если бы я знала, что придется ждать... </p>
<p>Я моргнул. Ну, она не тот тип, что отзывается на поэзию. Она действует. Но если меня ждет плавание на волнах низкого тяготения в море жасминового аромата с Флорой, я думаю, поэзия тут не обязательна. </p>
<p>Я настойчиво сказал: </p>
<p>- Подожди, Флора. Я быстро. </p><p>Я был раздражен, но пока еще не беспокоился. Не успел Рог отойти, как я уже сообразил, как отличить виновного от остальных. </p>
<p>Это очень легко. Следовало бы позвать Рога обратно и сказать ему, но нет закона против того, чтобы самому получать яйца в пиво и кислород в воздух. У меня это займет пять минут, и я отправлюсь к Флоре. Ну, чуть задержусь, зато с повышением по службе, с увеличенным жалованьем и слюнявыми поцелуями от Службы в каждую щеку. </p>
<p>Видите ли, дело вот в чем. Крупные промышленники путешествуют в космосе не часто, обычно используют трансвидео. Отправляясь на какие-нибудь сверхвысокие межзвездные конференции, как, вероятно, эти трое, они принимают спейсолин. Во-первых, у них нет достаточного опыта космических полетов, чтобы обойтись без него. А во-вторых, спейсолин очень дорог, а промышленники предпочитают пользоваться дорогими средствами. Я знаю их психологию. </p>
<p>Так что двое будут под действием спейсолина. А вот тот, что с контрабандой, не рискнет - даже рискуя космической болезнью. Под влиянием спейсолина он все выболтает. Он должен сохранить контроль над собой. </p>
<p>Все очень просто. </p><p>"Антаресский гигант" пришел вовремя. Первым ввели Липски. У него толстые красные губы, круглые щеки и начинающие седеть волосы. Он взглянул на меня и сел. Ничего. Он под воздействием спейсолина. </p>
<p>Я сказал: </p>
<p>- Добрый вечер, сэр. </p>
<p>Он сонным голосом ответил: </p>
<p>- Сер-пантиновая Панама согреет сердце на чашку кофе. </p>
<p>Так действует спейсолин. Мозг этого человека отпущен на свободу. Последний слог вызывает свободные ассоциации. </p>
<p>Следующим вошел Андиамо Ферруччи. Черные усы, длинные и навощенные, смуглая кожа, лицо в оспинах. Он сел. </p>
<p>Я спросил: </p>
<p>- Хорошо добрались? </p>
<p>Он ответил: </p>
<p>- Лис легче фантастических штук жук и стаи птиц. </p>
<p>Липски подхватил: </p>
<p>- Птиц львиц книг за миг для всех. </p>
<p>Я улыбнулся. Остается Харпонастер. Я сжал в одной руке игольчатый пистолет, в другой - магнитные наручники. </p>
<p>И тут вошел Харпонастер. Худой, с обтянутой кожей, и хоть и почти лысый, но значительно моложе, чем выглядит на своем трехмерном снимке. И накачан спейсолином по жабры. </p>
<p>Я сказал: </p>
<p>- Черт возьми </p>
<p>Харпонастер: </p>
<p>- Ми, соль, фа, а вы сказали, в последние дали. </p>
<p>Ферруччи: </p>
<p>- Дали сняли спорная территория шла домой дорогой. </p>
<p>Липски: </p>
<p>- Дорогой, под дугой, горд, лорд. </p>
<p>Я переводил взгляд с одного на другого, а они все более короткими периодами продолжали нести чепуху, пока не смолкли. </p>
<p>Мне было, конечно, ясно: один из них играет. Он все продумал заранее и понял, что если не примет спейсолин, то окажется под подозрением. Может, он подкупил врача, вводившего раствор, или избежал этого каким-то другим способом. </p>
<p>Один из них играет. Это не так трудно. В субэфире регулярно идут комедии о спейсолине. Поразительно, как свободно при этом можно обращаться с кодексом морали. _В_ы_ и сами их слышали. </p>
<p>Я смотрел на них и услышал, как внутренний голос спрашивает: </p>
<p>- Ну, и как же ты укажешь пальцем на виновного? </p>
<p>Уже восемь тридцать, и на карте моя работа, моя репутация и моя голова, которая как-то неуверенно сидит на шее. Я отложил все это на потом и подумал о Флоре. Она не будет ждать меня вечно. Кстати, очень вероятно, что и полчаса не станет ждать. </p>
<p>Интересно. Можно ли соблюдать свободные ассоциации, если я заведу их на опасную территорию? </p>
<p>Я сказал: </p>
<p>- Ковер здесь как травка. </p>
<p>Липски: </p>
<p>- Травка из-под земли, ли-ли-ли. </p>
<p>Ферруччи: </p>
<p>- Ли ветер, ли снег неправедный, в Канзасе по колено. </p>
<p>Харпонастер: </p>
<p>- Но... солнце спасти навсегда борода. </p>
<p>Липски: </p>
<p>- До... статочно. </p>
<p>Ферруччи: </p>
<p>- Точно. </p>
<p>Харпонастер: </p>
<p>- Но. </p>
<p>Несколько выдохов, и они иссякли. </p>
<p>Я попробовал снова, не забывая об осторожности. Они запомнят все, что я скажу, и слова мои должны быть совершенно невинными. Я сказал: </p>
<p>- Прекрасная космическая линия. </p>
<p>Ферруччи: </p>
<p>- Линия тигров и слонов полная холмов... </p>
<p>Я прервал его, глядя на Харпонастера: </p>
<p>- Прекрасная космическая линия. </p>
<p>- Линия в постель петель не стоит в этот день как тень... </p>
<p>Я снова прервал, глядя на Липски: </p>
<p>- Прекрасная космическая линия. </p>
<p>- Линия, калиния, то же что всегда, да. </p>
<p>Кто-то подхватил: </p>
<p>- Да, больность записало. </p>
<p>- Сало и обед. </p>
<p>- Бедный человек. </p>
<p>- Век. </p>
<p>Я попробовал еще несколько раз и ничего не получил. Обманщик, должно быть, немало практиковался или же у него прирожденный талант к свободным ассоциациям. Он не напрягал мозг, позволил словам выходить свободно. И он прекрасно знал, что мне нужно. Если "травка" меня не выдала, то трижды повторенные "космические линии" выдали точно. Так что он знает. </p>
<p>И издевается надо мной. Все три произнесли нечто, что можно истолковать как внутреннее чувство вины: "травка из-под земли", "неправедный снег", "солнце спасти навсегда" и тому подобное. Двое говорили это случайно, сами не зная почему. Третий забавлялся. </p>
<p>Как же мне найти этого третьего? Меня охватил приступ ненависти к нему, пальцы задрожали. Ублюдок собирается разрушить Галактику. Хуже того, он не дает мне добраться до Флоры. </p>
<p>Я мог начать обыскивать их. Те двое, что под действием спейсолина, не станут меня останавливать. Сейчас они ничего не испытывают: ни страха, ни ненависти, ни беспокойства, ни страсти, ни желания защититься. И если хоть один сделает малейшую попытку сопротивления, я буду знать своего человека. </p>
<p>Но невинные все будут помнить. </p>
<p>Я вздохнул. Конечно, преступника я обнаружу, но потом буду так близок к вырезанию печени, как никто из людей. Всю службу перетрясут, вонь поднимется на всю Галактику, и в поднявшейся суматохе тайна спейсолина все равно ускользнет. </p>
<p>Конечно, преступник может оказаться и первым. Один шанс из трех. У меня всего один, и только у Господа все три. </p>
<p>Черт возьми, что-то заставило их опять, а спейсолин заразителен... </p>
<p>Я отчаянно посмотрел на часы: девять пятнадцать. </p>
<p>Куда к дьяволу уходит время? </p>
<p>О, Боже; о, дьявол; о, Флора! </p>
<p>Выбора у меня нет. Я вышел, чтобы еще раз позвонить Флоре. Быстро позвонить, понимаете, чтобы напомнить о себе, если она уже не забыла. </p>
<p>Я говорил себе: она не ответит. </p>
<p>И старался подготовиться к этому. Есть и другие девушки, есть и другие... </p>
<p>Дьявольщина, нет никаких других девушек! </p>
<p>Если бы Хильда ждала меня в космопорту, я бы не вспомнил о Флоре, и все это было бы не важно. Но я в Марспорте _б_е_з_ Хильды, и у меня свидание с Флорой, с Флорой и ее телом, это значило: полные руки всего, что может быть мягким, ароматным и крепким; с Флорой и ее комнатами с низким тяготением, где будто плывешь в океане приправленной шампанским меренги... </p>
<p>Сигнал все продолжался и продолжался, и я не смел повесить трубку. </p>
<p>Ответ! Ответ! </p>
<p>Она ответила. Сказала: </p>
<p>- Это _т_ы_? </p>
<p>- Конечно, сердечко, кто же еще? </p>
<p>- А множество. Из тех, что _п_р_и_х_о_д_я_т_. </p>
<p>- Всего лишь небольшое дело, милая. </p>
<p>- Какое дело? Пластон кому? </p>
<p>Я подумал, чему обязан этим упоминанием о пластоне. </p>
<p>Потом вспомнил. Когда-то я сказал ей, что торгую пластоном. В тот раз я привез ей в подарок пластоновую ночную сорочку. Воспоминания о ней вызвали у меня боль в таком месте, где мне не хотелось бы ощущать боль. </p>
<p>Я сказал: </p>
<p>- Послушай. Дай мне еще полчаса... </p>
<p>Глаза ее стали влажными. </p>
<p>- Я сижу тут одна... </p>
<p>- Я быстро. - Чтобы показать вам, в каком я был отчаянии, скажу, что раздумывал над путями, которые могли привести только к драгоценностям, хотя и ценой бреши в бюджете. А для проницательного взгляда Хильды это будет все равно что туманность Конская Голова на фоне Млечного Пути. </p>
<p>Она сказала: </p>
<p>- У меня было назначено свидание, и я его отменила. </p>
<p>Я возразил. </p>
<p>- Ты ведь сказала, что это "не очень важное свидание". </p>
<p>Она закричала: </p>
<p>- _Н_е _о_ч_е_н_ь _в_а_ж_н_о_е _с_в_и_д_а_н_и_е_! - Но именно так она сказала. Впрочем, если ты прав, в споре с женщиной это еще хуже. Разве я не знаю это? - Он мне обещал имение на Земле... </p>
<p>Она все продолжала говорить об этом имении на Земле. В Марспорте нет девушки, которая не ждала бы имения на Земле, а количество получивших такие имения можно пересчитать по шестым пальцам на руках. Но надежда вечно жива в груди человека, а у Флора для нее там много места. </p>
<p>Я пытался остановить ее. Бросал ей "сладких" и "деток", пока можно было подумать, что все пчелы на Земле забеременеют. </p>
<p>Никакого толку. </p>
<p>Наконец она сказала: </p>
<p>- И вот я сижу _о_д_н_а_, и _н_и_к_о_г_о_ рядом, и как ты думаешь, что будет с моей репутацией? </p>
<p>Что ж, она права. Я чувствовал себя последним подонком в Галактике. Если станет известно, что она простаивает, начнут говорить, что она утратила хватку. А такие разговоры могут прикончить девушку. </p>
<p>Я вернулся в комнату ожидания. Стюард, стоявший у дверей, приветствовал меня. </p>
<p>Я посмотрел на троих промышленников и подумал, в каком порядке стал бы душить их до смерти, если бы получил соответствующий приказ. Первым, наверно, Харпонастера. У него тощая жилистая шея, ее легко охватить руками, а большие пальцы удобно лягут на кадык. </p>
<p>Это меня подбодрило, и я по привычке воскликнул: </p>
<p>- Здорово! </p>
<p>Это тут же привело их в действие. Ферруччи сказал: </p>
<p>- Здоровоносы пролили воду в снег. </p>
<p>Харпонастер, с тощей шеей, добавил: </p>
<p>- Неги и негры не станут опарировать котов. </p>
<p>Липски сказал: </p>
<p>- Котов, мотов, стукотов, готов. </p>
<p>- Готов пьяница пока. </p>
<p>- По как пройти в Чикаго? </p>
<p>- Го-ворите. </p>
<p>- Варите. </p>
<p>- Те. </p>
<p>Молчание. </p>
<p>Они смотрели на меня. Я смотрел на них. Они лишены эмоций, вернее, двое из них лишены, и ни о чем не думают. А время проходит. </p>
<p>Я смотрел на них и думал о Флоре. Мне пришло в голову, что я не могу потерять то, что уже потерял. Можно поговорить о ней. </p>
<p>Я сказал: </p>
<p>- Джентльмены, в этом городе есть девушка, имя которой я не стану упоминать, не желая ее скомпрометировать. Позвольте мне описать ее вам, джентльмены. </p>
<p>И я начал. Последние два часа настолько взвели меня, что в моем описании Флоры звучала поэзия, скрывающаяся в неведомом источнике мужской силы в глубинах моего подсознания. </p>
<p>Они сидели застыв, как будто слушали и даже почти не прерывали. В людях под влиянием спейсолина просыпается вежливость. Они молчат, пока говорит кто-то другой. Поэтому и говорят по очереди. </p>
<p>Конечно, временами я замолкал: слишком уж возбуждающая тема, и тогда кто-нибудь из них получал возможность вставить два-три слова, прежде сем я мог собраться с силами и продолжить. </p>
<p>- Пикник с шампанским и боли в ящике столетий. </p>
<p>- Круглые, как тысяча берегов. </p>
<p>- Высокий и перечный леопард. </p>
<p>Я заставлял их смолкнуть и продолжал. </p>
<p>- У этой молодой леди, джентльмены, - сказал я, - в квартире установка пониженного тяготения. Вы можете спросить, зачем это? Я расскажу вам, потому что если у вас не было случая провести вечер с лучшей девушкой Марспорта, вы и представить себе не можете... </p>
<p>Но я старался дать им такую возможность. Я говорил так, что они оказались там. Все это они запомнят, но я сомневался, что впоследствии кто-нибудь из них будет возражать. Наоборот, вероятно, спросят у меня номер телефона. </p>
<p>Я продолжал - с любовью, с тщательным описанием подробностей, с печалью в голосе, и тут громкоговоритель объявил о прибытии "Пожирателя пространства". </p>
<p>И все. Я громко сказал: </p>
<p>- Вставайте, джентльмены. </p>
<p>Они одновременно встали, посмотрели на дверь, двинулись к ней, и когда Ферруччи проходил мимо меня, я похлопал его по плечу и сказал: </p>
<p>- Не ты, гнусный мошенник, - и мой магнитный наручник сомкнулся вокруг его запястья, прежде чем он сумел перевести дыхание. </p><p>Ферруччи сопротивлялся, как демон. Он не был под влиянием спейсолина. Измененный спейсолин нашли в маленьких телесного цвета ампулах, прикрепленных с внутренней стороны к его бедрам, даже волосы поверх начесаны. Ничего не видно, можно только найти наощупь, да и то с помощью ножа. </p>
<p>Потом Рог Кринтон, улыбаясь и обезумев от облегчения, крепко ухватил меня за лацкан. </p>
<p>- Как ты это сделал? Что его выдало? </p>
<p>Я сказал, стараясь высвободиться: </p>
<p>- Один из них симулировал воздействие спейсолина. Я был в этом уверен. И я рассказал им... - тут я проявил осторожность. Подробности - не дело этого типа... - рассказал неприличные анекдоты, и двое из них никак не реагировали, значит, они под спейсолином. Но Ферруччи начал дышать быстрее, на лбу его появилась испарина. Я исполнял очень драматично, и он реагировал на это, значит он не под спейсолином. И когда все встали и направились к кораблю, я уже знал нашего человека и остановил его. А теперь не отпустишь ли меня? </p>
<p>Он выпустил меня, и я чуть не упал. </p>
<p>Я уже собирался уйти. Ноги мои без приказа рыли землю, но я повернулся. </p>
<p>- Эй, Рог, - сказал я, - можешь выписать мне чек на тысячу кредитов, так чтобы это не отразилось в записях - тех, что идут в Службу? </p>
<p>И только тут я понял, что он спятил от облегчения и благодарности, потому что он ответил: </p>
<p>- Конечно, Макс, конечно. Если хочешь, десять тысяч кредитов. </p>
<p>- Х_о_ч_у_, - сказал я. - Хочу. Хочу. </p>
<p>Он заполнил официальный чек Службы на десять тысяч кредитов - а это все равно что наличные в доброй половине Галактики. Он улыбался, отдавая мне чек, и можете представить себе, как я улыбался, получая его. </p>
<p>Как он собирался отчитываться, его дело. А для меня важно, что не нужно будет отчитываться перед Хильдой. </p><p>В последний раз я звоню из будки Флоре. Я не смел ждать, пока приду к ней. Дополнительные полчаса могут дать ей время уйти к кому-нибудь другому, если она еще не ушла. </p>
<p>Ответь. Ответь. От... </p>
<p>Она ответила, но одета была для выхода. Собирается уходить, и минуты через две я бы ее уже не застал. </p>
<p>- Я ухожу, - объявила она. - _Н_е_к_о_т_о_р_ы_е_ мужчины умеют соблюдать приличия. И я не желаю больше тебя слышать. Не желаю тебя видеть. Вы мне сделаете большое одолжение, мистер Каквастам, если забудете номер моего телефона и никогда не будете осквернять... </p>
<p>Я ничего не сказал. Просто стоял, сдерживая дыхание, и держал чек так, чтобы она могла его увидеть. Просто держал. </p>
<p>При слове "осквернять" она разглядела. Не очень образованная девушка, но "десять тысяч кредитов" читает быстрее, чем любой выпускник колледжа во всей Солнечной системе. </p>
<p>Она сказала: </p>
<p>- Макс! Это мне? </p>
<p>- Все тебе, детка, - ответил я. - Я тебе говорил, что у меня небольшое дело. Я хотел тебя удивить. </p>
<p>- О, Макс, какой ты милый! Я на самом деле не сержусь. Я просто шутила. Приходи ко мне. - Она сбросила пальто, а Флора делает это очень выразительно. </p>
<p>- А как же твое свидание? </p>
<p>- Я ведь сказала, что шутила, - ответила она. Опустив пальто на пол, она взялась за брошь, которая, казалось, удерживает все ее остальную одежду. </p>
<p>- Иду, - слабым голосом сказал я. </p>
<p>- И со всеми этими кредитами, - напомнила она. </p>
<p>Я отсоединился, вышел из будки и наконец освободился, по-настоящему освободился. </p>
<p>И услышал сзади свое имя. </p>
<p>- Макс! Макс! - Кто-то бежал ко мне. - Рог Кринтон сказал, что я найду тебя здесь. Маме лучше, и я получила специальный доступ на "Пожирателя пространства", и что это за десять тысяч кредитов? </p>
<p>Я не стал поворачиваться. Сказал: </p>
<p>- Здравствуй, Хильда. </p>
<p>Стоял, как камень. </p>
<p>Потом повернулся и сделал самое трудное дело в своей проклятой, никчемной, космической жизни. </p>
<p>Улыбнулся. </p>
</section></body></FictionBook>